Уголок Ворчуна ЛЮБОВЬ МЕДВЕДЯ ДОРОЖЕ


Уголок Ворчуна ЛЮБОВЬ МЕДВЕДЯ ДОРОЖЕ
Уходящий год собирается утащить в седле Красной огненной Лошади нашу национальную валюту. Деревянную, так, кстати, окрестили ее—нашу валюту, не сегодня и не вчера. Однако жизнь нашу определяют ни деревянный рубль, ни кажущийся сильным доллар, ни продукт совместной групповой любви евро. Печально это или радостно, теперь неважно, но мы—пуганые, перепуганные и давно привыкшие ходить с туго натянутыми ремнями. Правда, последнее время несколько расслабили узелок, и то не все, примерно 5 или 10 процентов соотечественников, которых мы в лицо знали (или по пиджакам), и сразу окрестили «новыми». На их сытом фоне и мы казались розовощекими, хотя ведомо Всевышнему, питались врозь.

Итак, что предвещает нам галопом мчащая Огненная Лошадь с рублем в седле и чем порадует (порадует ли?) Синяя Коза? В принципе ни от Лошади, ни от Козла не зависит ровным счетом ничего. В нашей поляне все зависит от Медведя. Причем от Медведя не в виде декоративного чучела на стене или на полу, с вырванными зубами и отпиленными когтями, а в виде вполне здорового примата. Правда, особо приветливым его не назовешь и не напрашивается он на дружбу с кем попало. Если не трогать и не дразнить его даже на узком мосту с ним спокойно можно разойтись. Более того если какой-то Вороне стало невмоготу вырваться, скажем, из водного плена, он как бы невзначай, между делом вытащит бедолагу и уйдет, не дожидаясь благодарности.

Можно даже «покорить» его, «заставить играть под вашу дудку». Только не насильно, не кнутом и даже не пулями. Ибо Медведь питает слабость только к открытой, искренней, бескорыстной и страстной любви.

Так что, если кому-то хочется питаться тем, или остатками того, чем питается Медведь, лучше не держать камня за пазухой, ибо его голова крепилась и не на таких камнях. Тем более турецкий Верблюд, китайский Буйвол и индийский Слон эту любовь почувствовали и считают, что лучше дружить Топтыгиным, чем питать иллюзии отпилить ему когти, тем более вырвать зубы.

А то было дело намедни, свора острозубых зверюг позарилась на запасы Мишки и без стеснения полезла отобрать безвозвратно. Расчет был прост, зачем ему мед, если он всю зиму лапу сосет? Пришлось этой самой лапой объяснить, что свой мед и своя лапа, когда чем питаться Мишке решать.

Теперь другая зима и вокруг берлоги другие хищники воют. Не из-за этого ли Медведь отложил зимнюю спячку? И зима какая-то горячая…Как бы не пришлось лапам опять кому-то что-то доступно объяснять…

Джафар Садыг,
Москва,
18 декабря 2014 года


Добавить комментарий